Осуждение

Осуждение.

Мф. 12, 7 «Если бы вы знали, что значит: «милости хочу, а не жертвы», то не осудили бы невиновных»
Осуждение — это обвинение невиновных. Обвинение виновных это не осуждение, а праведный гнев.


Мтф 5 22    А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду


гневающийся НАПРАСНО подлежит суду! Гневающийся по делу, обоснованно НЕ подлежит суду!
Свободен ли Ваш разум от греха, что бы видеть истину? Е
сть ли у вас разумение и понимание что есть правильно, а что плохо?  Бойтесь ошибиться!

В православии существуют понятия Осуждение, обличение и рассуждение
НЕ НУЖНО ПУТАТЬ ЭТИ ПОНЯТИЯ!

Протоиерей Димитрий Смирнов «Почему заповедано «Не суди, да не судим будешь?» А потому что не должно хромому смеяться над горбатым! Потому что все мы с горбатой душой и хромой верой

Пример поведения Апостолов Павла и Варнавы их слова их действия осуждения народа или нет, плохо они сделали или хорошо?:

Деян 14 14    Но Апостолы Варнава и Павел, услышав [о сем], разодрали свои одежды и, бросившись в народ, громогласно говорили:
15    мужи! что вы это делаете? И мы — подобные вам человеки, и благовествуем вам, чтобы вы обратились от сих ложных к Богу Живому, Который сотворил небо и землю, и море, и все, что в них,
16    Который в прошедших родах попустил всем народам ходить своими путями,
17    хотя и не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавая нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и веселием сердца наши.
18    И, говоря сие, они едва убедили народ не приносить им жертвы и идти каждому домой. Между тем, как они, оставаясь там, учили,..
конечно же действия апостолов не осуждение народа они праведно сделали.

 

Авва Дорофей объясняет, в чём заключается суть осуждения, а также сродных ему грехов:

«Иное же дело злословить или порицать, иное осуждать, и иное уничижать. Порицать — значит сказать о ком-нибудь: такой-то солгал, или разгневался, или впал в блуд, или сделал что-либо подобное. Вот такой злословил брата, т. е. сказал пристрастно о его согрешении. А осуждать — значит сказать: такой-то лгун, гневлив, блудник. Вот сей осудил самое расположение души его, произнёс приговор о всей его жизни, говоря, что он таков-то, и осудил его, как такого — а это тяжкий грех. Ибо иное сказать: «он разгневался», и иное сказать: «он гневлив» и, как я сказал, произнести таким образом приговор о всей его жизни. А грех осуждения столько тяжелее всякого другого греха, что Сам Христос сказал: «лицемере, изми первее бревно из очесе твоего, и тогда прозриши изъяти сучец из очесе брата твоего» (Лк. 6, 42), и грех ближнего уподобил сучку, а осуждение — бревну. Так-то тяжело осуждение, превосходящее всякий грех.

И фарисей оный, молясь и благодаря Бога за свои добродетели, не солгал, но говорил истину, и не за то был осуждён; ибо мы должны благодарить Бога, когда сподобились сделать что-либо доброе, потому что Он помог и содействовал нам в этом. За сие фарисей не был осуждён, как я сказал, что он благодарил Бога, исчисляя свои добродетели, и не за то он был осуждён, что сказал: «несмь якоже прочии человецы»; но когда он обратился к мытарю и сказал: «или якоже сей мытарь», тогда он подвергся осуждению, ибо он осудил самое лицо, самое расположение души его и, кратко сказать, всю жизнь его. Посему мытарь и вышел «оправдан… паче онаго» (Лк. 18, 11).

Нет ничего тяжелее, как я много раз говорил, нет ничего хуже осуждения, презрения или уничижения ближнего. … Иногда же мы не только осуждаем, но и уничижаем ближнего, ибо иное, как я сказал, осуждать и иное уничижать. Уничижение есть то, когда человек не только осуждает другого, но презирает его, т. е. гнушается ближним и отвращается от него как от некоей мерзости: это хуже осуждения и гораздо пагубнее.

Из проповеди архимандрита Кирила (Павлова)
Ближний от нас ни в чем не зависит, ничем нам не обязан. Все мы принадлежим Богу, в Его руках жизнь и смерть людей. Мы — дети одного Отца Небесного, Который и наградил каждого человека различными дарованиями, душевными и телесными; следовательно, лишь Господь и вправе требовать от нашего ближнего отчета в том, правильно ли он пользуется данными ему талантами, не злоупотребляет ли ими во вред себе или ближним. Нам же не должно входить в разбирательство чужих дел, давать им ту или иную оценку.

 

Андрей Чирков:
Если один человек видит в другом человеке, брате своём, действие причиняющее тому кто его делает вред, погибель и первый человек, что бы не дать погибнуть брату своему укажет второму на его ошибку, грех, что бы тот остановился в грехе своём и не повредил себя, не погубил себя, то это указание на грех спасение, для первого, а не осуждение. Или видя в действиях , поведении другого человека грех, ошибку, первый говорит: «то что ты делаешь-это плохо, грех, ошибка, смотри как правильно, давай покажу, научу, что бы тебе было хорошо» — это не осуждение, а помощь, самопожертвование, ради спасения  гибнущего.
Если человек говорит: «Ты делаешь не правильно» при этом не показывает как нужно правильно, что бы после действий был добрый результат, то это явное осуждение.
Если человек говорит: «Ты делаешь не правильно, делай как я , как мы все» при этом  тот кто поправляет и его приверженцы страдают, болеют, имеют плохой, разрушающий результат,  то поступок первого явное осуждение, а поиски вторым человеком другого пути это исследование возможностей, и не всегда грех, ошибка.

Андрей Чирков: Осуждение это когда один человек ищет недостатки другого человека, что бы осудить, наказать не исправляя его, а желая только наказания, для делающего ошибку, грех, беззакония.  Осуждая другого   первый хочет потопить, унизить, а самому тем самым возвысится над делающим ошибку, грех, беззакония, показать что первый лучше второго. Осуждение, рождается гордыней.

Андрей Чирков: если человек видит рядом стоящего курильщика расскажет ему, что тот от курения приобретет разные тяжёлые болезни, что его дети видя его поведение, сами начнут курить, а далее и внуки за ними, что сейчас, если он найдет силы в себе отказаться от этой пагубной, приносящей болезни и смерть привычки, что тем самым, кроме приобретения свободы от курения, человек сохранит свои деньги, ранее потраченные на сигареты, , то такой разговор — это не осуждение, а желание спасения тому, кто курит.
Если человек скажет ты куришь, ты ничтожество, а я не курю, спортом занимаюсь, вот смотри на меня  какой я. То это осуждение и первый кроме зла ничего не сделал. Осуждение это желание опустить человека, а если желание помочь, поднять, не дать брату быть в обмане,  в погибели, помочь «встать с колен», найти правильный путь разве это осуждение -нет.

Или другой пример хозяйка в квартире, смотрит за гостем, что бы тот не на следил, не намусорил или когда угощение кушает  крошку не уронил,  или не чавкал, а когда случится, что то не по требованиям хозяйки, крошка упала,  или другое то(вместо того что бы не заметить, а когда гость уйдёт молча убрать за ним) громко, что бы подчеркнуть какая она чистоплотная, а гость засранец, указывает гостю на его, по её мнению ошибку, то такая хозяйка осудила гостя, но более  сама себя погубила и в ад опустила.

Ещё пример: Если вы видите, как торгуют наркотиками, самогоном, водкой, сигаретами, миксами, салом, секс игрушками, вовлекают в игры, насилуют, грабят, убивают людей или животных,  вовлекают в сатанинские секты(свидетелей Иеговы, саентологов, ЕХ, Адвентисов и др.)делают другое преступление, то вмешательство и остановка злодеяний это не осуждение, а очень благое дело, праведный гнев.
Иоан Предтеча:
Мк 6  18    Ибо Иоанн говорил Ироду: не должно тебе иметь жену брата твоего.
19    Иродиада же, злобясь на него, желала убить его; но не могла.
20    Ибо Ирод боялся Иоанна, зная, что он муж праведный и святой, и берёг его; многое делал, слушаясь его, и с удовольствием слушал его.
Ной, который осмеявшего его Хама осудил быть рабом братьев. И Моисей осудил собиравшего дрова в субботу, повелев побить его камнями вне стана. И преемник его Иисус осудил Ахара за кражу, истребив его со всем домом. И Финеес осудил Замврия за блудодеяние и пронзил копьем. И Самуил предал царя Амаликитян Агага смерти пред Господом. И Илия осудил лжепророков и, как свиней, заклал их при потоке. И Елисей осудил Гиезия за принятие денег и наказал проказой. И Даниил осудил похотливых старцев за клевету и наказал их по закону Моисееву.

Если делают преступление против вас например лишают вас материальных ценностей, но при этом не трогают вашу душу, не наносят физический урон, то ваше терпение не осуждение к таким лишениям это праведность:

Как-то раз к старому монаху-отшельнику пришли разбойники и сказали: «Мы возьмём то, что есть стоящего в твоей келье». Он ответил: «Берите, детки, всё, что вам нужно». Они собрали почти всё, что было в келье, и ушли. Но они не нашли кошелек с деньгами, который был спрятан. Взяв его, старец погнался за ними, крича: «Детки! Возьмите то, что вы забыли». Удивившись, разбойники не только не взяли кошелёк, но и вернули то, что забрали, говоря друг другу: «Воистину, это человек Божий».

Этот случай произошел в VI веке по Р.Х. в Палестине, его записал святой Иоанн Мосх среди множества других историй и высказываний православных монахов, которые он слышал из первых рук.

Старый монах не читал проповедей своим непрошенным гостям, не обличал их, не грозил, не уговаривал, — что же заставило разбойников так переменить своё мнение и исправить соделанное?

Они увидели в нём иного человека, — человека Божия.

Только человек, богатый Богом, может быть столь свободен от привязанности к имуществу и деньгам, поработившим человечество. Только человек, укоренённый в Боге, может столь непоколебимо сохранять в душе спокойствие и добродушие, когда ему причиняют явное зло. Но больше всего их тронула любовь старца к ним, – ведь только человек, уподобившийся Богу, может испытывать такую любовь к незнакомцам, пришедшим ограбить его, что искренне поставил их интересы превыше своих интересов.

Иными словами, разбойники увидели человека, в котором слова Евангелия стали делом. То, что произошло, не могло бы произойти, если бы для того монаха вера ограничивалась обрядами, набором правил и красивыми словами о Боге — без реального опыта жизни во Христе. Таких людей в Православной Церкви называют святыми отцами. Эта Церковь на протяжении двух тысяч лет заботилась о том, чтобы без искажений сохранить полученную от апостолов истину, и опыт живого общения с Богом. Поэтому Православная Церковь и смогла духовно родить множество святых, которые были носителями этого опыта райской жизни уже на земле.

Святитель Иоанн Златоуст:

Не будем строго судить других, чтобы и у нас не потребовали строгого отчета, — мы сами обременены грехами, превышающими всякое помилование. Будем больше сострадать тем, которые грешат, не заслуживая снисхождения, чтобы и мы могли надеяться на такую же милость к себе; хотя, сколько бы ни старались, мы никогда не будем в состоянии оказать такое человеколюбие, в каком имеем нужду от человеколюбивого Бога. Поэтому не безрассудно ли, когда мы сами находимся в такой большой беде, строго разбирать дела своих собратий и вредить самим себе? Таким образом, ты не столько выставляешь его недостойным твоего благодеяния, сколько самого себя — недостойным Божия человеколюбия. Кто строго взыскивает со своего собрата, с того гораздо строже взыщет Бог.

Если бы мы даже не сделали никакого греха, то уже один этот грех (осуждение) мог бы свести нас в преисподнюю…

Кто строго расследует чужие проступки, тот не получит никакого снисхождения к своим собственным. Бог произносит суд не только в соответствии со свойствами наших преступлений, но и с твоим судом о других.

Если, забывая о себе, ты восседаешь, как судья, над другими, то незаметно собираешь сам себе все большее бремя грехов.

Согрешил кто-нибудь и строго осудил другого, совершающего тот же грех. За это в День Суда подвергнется не такому наказанию, которого требует характер его греха, но больше чем двойному или тройному — Бог назначит ему наказание не за то, в чем он согрешил, но за то, что строго осудил другого, который согрешил в том же.

Если мы хотим уменьшить свои грехопадения, будем более всего заботиться о том, чтобы не осуждать наших братий, а вымышляющих клевету на oних не надо и допускать к себе.

Если ты судишь других, желая им добра, то прежде пожелай его себе, имеющему более явные грехи. Если же не заботишься и о самом себе, то ясно, что брата своего судишь не из доброжелательства к нему, но из ненависти и желания его опозорить.

Если уж плохо не обращать внимания на свои грехи, то вдвое или втрое хуже судить других; имея в своем глазу бревно, не чувствовать от того никакой боли; а ведь грех тяжелее бревна.

Нам нужно оплакивать собственные пороки, а мы осуждаем других; между тем не следовало бы делать этого и в том случае, если бы мы были чисты от грехов.

Когда ты скажешь: такой-то человек злой, вредный, порочный, тогда обрати внимание на себя самого, разбери тщательно свои дела, и ты раскаешься в своих словах.

Столь обычный для всех грех — осуждение ближних навлекает на нас тягчайшее.

Несмотря на то что осуждение подвергает… наказанию, а не доставляет никакого удовольствия, все мы бежим на зло, будто стараясь и спеша войти в гееннскую печь не одной, а многими дорогами.

Преподобный Антоний Великий:

Если увидишь, что брат впал в грех, не соблазнись на него, не презирай и не осуждай его, иначе впадешь в руки врагов твоих…

Святитель Василий Великий:

Не осуждай за маловажное, как будто ты сам строгий праведник.

Если увидишь ближнего во грехе, не на одно это смотри, но подумай о том, что он сделал или делает хорошего, и нередко, осмыслив общее, а не частности, найдешь, что он лучше тебя.

Преп. Максим Исповедник
— Кто любопытствует о чужих грехах или по подозрению судит брата, тот не положил еще начала покаяния и не принимал заботы узнать собственные грехи, поистине тягчайшие многопудовой свинцовой тяжести, и не знает, отчего человек бывает тяжкосердым, любящим суету и ищущим лжи (Пс. 4, 3) и потому, как безумный и бродящий во тьме, оставя свои грехи, мечтает о чужих, истинных или мнимых, по одному подозрению.

Святитель Григорий Богослов:

Суди больше себя, чем дела ближних: одно доставляет пользу тебе, другое — ближним.

Кто судит чужой порок, скорее сам подпадет обвинению, чем положит конец пороку.

Лучше о себе слышать плохое, чем плохо говорить о другом. Если кто, желая позабавить тебя, выставляет ближнего на посмешище, то представь себе, что предметом насмешек служишь ты сам, и его слова огорчат тебя.

Преподобный Ефрем Сирин:

Если удержишься от суда, то себе самому окажешь милость.

Если ближнего, согрешившего против тебя, ты подвергаешь ответственности за это, то уличаешь себя самого в том, что и ты был в состоянии не грешить ни против Бога, ни против ближнего.

Преподобный авва Исаия:

Кто истинно кается, тот не занимается осуждением ближнего, а только оплакивает свои грехи.

Кто всегда размышляет о тех последних наказаниях, которым должен подвергнуться за свои грехи, у того мысли не будут заняты осуждением других.

Неосуждение ближнего служит ограждением для борющихся со страстями под руководством духовного разума. Безумно разрушает эту ограду порицающий.

Кто удручает себя великими подвигами, но уничижает согрешающего или живущего нерадиво, тот губит этим весь подвиг своего покаяния. Уничижив ближнего, он уничижает член Христов, предвосхищая Судию — Бога.

Все мы пребываем на земле как бы в больнице. У одного болят глаза, у другого — рука или горло, иные имеют более глубокие раны. Некоторые бывают уже вылечены, но болезнь возобновляется, если человек не воздержится от вредных для него яств. Подобно этому прилежащий покаянию, осуждая или уничижая ближнего, уничтожает этим благотворное действие своего покаяния.

Если кто в твоем присутствии начнет осуждать брата твоего… скажи осуждающему со смирением: «Прости меня, ибо я сам грешен и немощен и повинен в том, о чем ты говоришь: не могу этого вынести».

Кто судит ближнего, порицает брата, уничижает его в сердце, обличает его с гневом, говорит о нем плохо при других, тот изгоняет из себя милость и прочие добродетели, которыми обиловали святые. От такого отношения к ближнему теряется все достоинство подвигов и гибнут все их благие плоды.

Преподобный Нил Синайский:

Великий грех — уязвленному многими беззакониями не обращать внимания на свои грехи и любопытствовать и говорить о том, что плохого в других.

Если увидишь, что кто-нибудь грязнее всех нечистых и лукавее всех лукавых людей, не проявляй желания осудить его — и не будешь оставлен Богом.

 

Преподобный Иоанн Лествичник:

Как добрый виноградарь вкушает только зрелые ягоды, а кислые оставляет, так и благоразумный и рассудительный ум тщательно замечает чужие добродетели… Безумный же человек отыскивает чужие пороки и недостатки.

За какие грехи телесные или душевные осудим ближнего, в те впадаем сами, и иначе не бывает.

Преподобный Исидор Пелусиот:

Нужно обратить душевное око от рассмотрения чужих погрешностей на свои собственные и приучать язык говорить строго не о ближних, но о себе самом, ибо плодом этого бывает оправдание.

Преподобный авва Дорофей:

Грех ближнего (Господь) уподобил сучку, а осуждение — бревну: так тяжело осуждение, что превосходит всякий грех.

Изречения безымянных старцев:

Не осуди падшего в любодеяние, если ты чист: осуждая его, ты, как и он преступаешь закон.

Святитель Афанасий Александрийский:

«Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф. 7, 1-2). Господь говорит, что одно и то же и в равной мере терпят и кто судит, и кто меряет; впрочем, говорит это не в том смысле, в каком понимают еретики, обманывая сами себя, «не разумея ни того о чем говорят, ни того, что утверждают» (1 Тим. 1, 7). Ибо, разрешая за деньги приносящих неразумное и гибельное покаяние, они готовы утверждать, что не должно судить и того, кто сделал смертный грех, потому что Господь сказал: не судите, да не судимы будете». Но если это действительно так, как утверждают они, то, без сомнения, подверглись осуждению праведный Ной, который осмеявшего его Хама осудил быть рабом братьев. И Моисей осудил собиравшего дрова в субботу, повелев побить его камнями вне стана. И преемник его Иисус осудил Ахара за кражу, истребив его со всем домом. И Финеес осудил Замврия за блудодеяние и пронзил копьем. И Самуил предал царя Амаликитян Агага смерти пред Господом. И Илия осудил лжепророков и, как свиней, заклал их при потоке. И Елисей осудил Гиезия за принятие денег и наказал проказой. И Даниил осудил похотливых старцев за клевету и наказал их по закону Моисееву. И Петр, приняв ключи Небесного Царствия, осудил Ананию с женой, когда они утаили часть своего достояния, и они пали мертвыми. И Павел осудил ковача Александра, сказав: «Да воздаст ему Господь по делам его!» (2 Тим. 4, 14), а Именея и Александра предал сатане, «чтобы они научились не богохульствовать» (1 Тим. 1, 20), Коринфскую же Церковь обвинял в том, что не судит: «Неужели нет между вами ни одного разумного, который мог бы рассудить между братьями своими?» (1 Кор. 6, 5); «Разве не знаете, что мы будем судить ангелов?» (1 Кор. 6, 3). Итак, если все праведные судили и не были сами судимы, а даже избраны на духовное служение, то почему же не должно судить?.. Господь сказал: «Не судите, да не судимы будете» не для того, чтобы мы поступали в чем или делали что без суда, но имея в виду фарисеев и книжников, которые судили друг друга, но не исправляли сами себя. Так, например, убийцу по закону осуждали на смерть, а сами беззаконно убивали пророков; прелюбодею определяли казнь, сами же, как кони, ржали на чужих жен; вора осуждали, а сами были похитителями чужих достояний, то есть отцеживали комаров, а верблюдов пожирали. А что такими были фарисеи и книжники, ясно из следующих слов Господа: «И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф. 7, 3-5). Если у тебя самого в глазе бревно непотребства, то можешь ли предостеречь брата своего от сучка малого греха? Богомудрый Павел писал к римлянам о таких лицемерах, принимающих вид благочестия: «Как же ты, уча другого, не учишь себя самого? Проповедуя не красть, крадешь? говоря: «не прелюбодействуй», прелюбодействуешь? гнушаясь идолов, святотатствуешь? Хвалишься законом, а преступлением закона бесчестишь Бога? (Рим. 2, 21-23); и еще: «Неизвинителен ты, всякий человек, судящий другого, ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что, судя другого, делаешь то же» (Рим. 2, 1). Так, преступившие закон Пасхи, преступлением этого закона бесчестят Христа, Господа Пасхи. Поэтому кто осуждает за что-либо другого, а сам делает то же, тот осуждает себя самого. Так и два старца, судившие Сусанну как прелюбодейцу, сами по Закону Моисея осуждены как прелюбодеи. И фараону возмерено той же мерой, какой он мерял: он повелел топить в реке младенцев и сам утонул в Чермном море. И архиереи, убившие Захарию у жертвенника, сами побиты при жертвеннике римлянами. Все это — в поучение тебе, что какой мерой кто меряет, такой и ему воздается. И «чем кто согрешает, тем и наказывается» (Прем. 11, 17).

Святитель Тихон Задонский:

Всякому надо себя знать, и не чужие, но свои пороки замечать и очищать. Злобу, зависть, ненависть отбросить. Брату нашему или падающему сострадать духом любви, и от его падения самому вести себя осторожнее. Молиться милосердному Богу, чтобы восставил падшего и обратил заблудшего, а тебе не попустил впасть в те же пороки. Помнить, что за осуждение ближнего сам судим будешь, по слову Христову (Мф. 7, 1). Беречься от непотребных разговоров, на которых пересуживают людей, и от того, что терзает славу другого. Удаляться от тех, кто имеет злую привычку осуждать других. Имеющим эту злую привычку нужно молиться Господу: «Положи, Господи, охрану устам моим» (Пс. 140, 3).

Берегись, возлюбленный христианин, осуждать падение начальника, даже если и подлинно о нем знаешь. Еще более берегись говорить о его падении другим и клеветой сеять соблазн, чтобы не уподобиться Хаму, сыну Ноя, который о стыде отца своего объявил другим. Но покрой молчанием твоим, как сделали Сим и Иафет, сыновья того же Ноя, которые, отвернувшись, покрыли срам своего отца. При этом знай, что много ложных слухов проносится о пастырях и властях христианских; и это действие общего для всех врага — диавола, сеющего соблазн, чтобы породить всякое нестроение и замешательство в христианском обществе.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

Грех осуждения так противен Богу, что Он прогневляется, отвращается даже от угодников Своих, когда они позволят себе осуждение ближнего: Он отнимает у них благодать Свою.

Не посеем семени — и не вырастут плевелы; воспретим себе ненужное суждение о ближних — и не будет осуждения.

Молитву памятозлобного святой Исаак Сирин уподобляет посеву на камне. То же должно сказать и о молитве осуждающего и презирающего ближних. Молитве гордого и гневливого не внимает Бог.

Первое приготовление (к молитве) состоит в отвержении памятозлобия и осуждения ближних.

Один из наших душевных недугов, порожденных падением, состоит в том, что мы не видим своих недостатков, стремимся скрыть их, но жаждем видеть, раскрывать, карать недостатки ближнего.

Осуждение ближнего — признак лицемерия, по всесвятому указанию Евангелия.

Самомнение начинает проявляться в тайном осуждении ближних…

Осуждающий ближнего восхищает… сан Христа, Который будет судить живых и мертвых в Последний День.

Отечник:

Братия общежительного монастыря пришли в пустыню, остановились у одного из отшельников. Он принял их с радостью, предложил трапезу прежде установленного часа и все, что было у него в келлии, потому что они устали от трудного пути. Когда смеркалось, прочитали двенадцать псалмов, как и ночью. Старец не спал и слышал, что они говорили между собой: «Отшельники утешают себя в пустыне более, чем мы в общежитиях». Рано утром, когда они встали, чтобы идти к другому отшельнику, старец сказал им: «Приветствуйте его от меня и скажите: не поливай овощей«. Они пришли к соседу и передали эти слова. Второй отшельник понял значение слов старца и оставил посетителей без пищи до позднего вечера. Когда смеркалось, он исполнил продолжительное служение Богу, а после него сказал: «Сократим немного богослужение ради вас, потому что вы устали от пути». Потом сказал: «Мы не имеем обычая употреблять пищу ежедневно, но ради вас вкусим немного». И предложил им сухой хлеб и соль, добавив немного уксусу в соль посетителей. До утра они занимались псалмопением. Потом отшельник сказал: «Ради вас не совершаем полного правила, чтобы вы отдохнули: ведь вы путешествуете». Когда рассвело, они хотели уйти. Но отшельник остановил их: «Погостите несколько времени, хотя бы дня три побудьте с нами по обычаю». Братия, увидев, что он не отпускает их, бежали тайно.

Святитель Феофан Затворник:

«Не судите, да не судимы будете» (Мф. 7, 1). Что за болезнь — пересуды и осуждение! Все знают, что это грех, а между тем ничего нет обычнее в речах наших, как осуждение. Иной скажет: «Не поставь, Господи, в осуждение», а все-таки осуждение свое доведет до конца. Иной оправдывает себя тем, что надо же разумному человеку иметь свой взгляд на текущее, и в пересудах пытается быть хладнокровно рассуждающим; но и простое ухо не может не различать в речах его превозносящегося и злорадствующего осуждения. Между тем приговор Господа за этот грех строг и решителен. Кто осуждает других, тому нет оправдания. Как же быть? Как миновать беды? Решительное средство против осуждения состоит вот в чем: считать самого себя осужденным. Кто почувствует себя таким, тому некогда будет судить других. Только и речей у него будет: «Господи, помилуй! Господи, прости мои согрешения!»

Ученики Господа срывают колосья, растирают их руками и едят в субботу. Дело очень маловажное и на вид, и по существу своему; между тем фарисеи не утерпели и укорили их (Лк. 6, 12). Что заставило их поднимать об этом речь? На вид — неразумная ревность, а в существе — дух пересудливости. Этот дух за все цепляется и все представляет в мрачном виде беззаконности и пагубности. Это немощь, в большей или меньшей степени почти общая у людей, не внимающих себе. Словом не всякий выскажет пересудливые мысли, но редкий от них удерживается. Кто-то приступает к сердцу и разжигает его на пересуды — оно и источает их. Но в то же время пересудчик сам готов на недобрые дела, лишь бы только никто не видал, и непременно состоит в недобром порядке в каком-либо отношении. Он как будто затем и судит, и осуждает, чтобы чувство правды, оскорбленное и подавленное в себе, вознаградить нападками на других, хотя бы и неправыми. Праволюбивый и стоящий в правде, зная, как трудно достается исправность в делах, а еще более в чувствах, никогда не станет судить; он скорее готов бывает покрыть снисхождением не только малое, но и великое преступление других. Господь не судит пересудчиков фарисеев, а снисходительно толкует им, что ученики сделали поступок, который всякий, рассудив как следует, может извинить. И всегда почти так бывает: рассуди о поступке ближнего и найдешь, что он совсем не имеет такого важного, ужасающего характера, как тебе показалось с первого раза.

«Если бы вы знали, что значит: «милости хочу, а не жертвы», то не осудили бы невиновных» (Мф. 12, 7). Итак, чтобы избавиться от греха осуждения, надо возыметь милостивое сердце. Милостивое сердце не только не осудит кажущегося нарушения закона, но и очевидного для всех. Вместо суда оно воспримет сожаление и скорее будет готово плакать, нежели укорять. Действительно, грех осуждения есть плод немилостивого сердца, злорадного, находящего услаждение в унижении ближнего, в очернении его имени, в попрании его чести. Дело это — дело человекоубийственное и творится по духу того, кто есть человекоубийца искони. Там бывает много и клеветничества, которое из того же источника, ибо диавол потому и диавол, что клевещет и всюду распространяет клевету. Поспеши возбудить в себе жалость всякий раз, как придет злой позыв к осуждению. С жалостливым же сердцем обратись потом с молитвою к Господу, чтобы Он всех нас помиловал, не только того, кого хотелось осудить, но и нас и, может быть, больше нас, чем того,- и замрет злой позыв.

Достопамятные сказания:

Один брат спросил авву Пимена: как может человек достичь того, чтобы не говорить плохо о ближнем? Старец сказал: «Мы и братия наши как две картины. Если человек видит свои недостатки, то брат кажется ему совершенным, а если сам он кажется себе совершенным, то брата считает недостойным».

Святитель Василий Великий:

Не будь судьей чужих падений. На них есть Судия праведный.

Преподобный Иоанн Лествичник:

Если бы ты увидел кого-либо, согрешающего даже при самом исходе души из тела, и тогда не осуждай его, ибо Суд Божий неизвестен людям.

Некоторые впадали в великие согрешения явно, но большие добродетели совершали втайне; и те, которые любили осмеивать их, следили за дымом, не видя огня.

Судить — значит бесстыдно похищать суд Божий, и осуждать — значит губить свою душу.

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (старец Махет):

(Христианин) подвергается тем же провинностям и порокам, за которые вздумал бы осуждать других. Следовательно, всякий должен судить только себя самого; осмотрительно, осторожно наблюдать за собой во всем, а не расследовать жизнь и поведение других… Кроме этого еще и потому опасно судить о других, что мы не знаем необходимости или причины, по которой они поступают так или иначе. Может быть, перед Богом правильно или извинительно то, чем мы соблазняемся. И мы оказываемся безрассудными судьями и этим допускаем нелегкий грех.

 

Преподобный Ефрем Сирин:

Если увидишь, что брат грешит, и на другое утро встретишься с ним, не считай его в мыслях грешником. Может быть, когда ты ушел от него, он сделал после падения что-нибудь доброе и умилостивил Господа молитвами и слезами.

Авва Моисей:

Умереть для ближнего — значит ощущать свои грехи и не думать ни о ком другом, хорош он или плох. Не делай никому зла и ни о ком не мысли зла в сердце твоем. презирай того, кто поступает плохо. Не общайся с человеком, вредящим своему ближнему, и не радуйся с тем, который делает зло другому. Не укоряй никого, но говори: Бог знает каждого. Не соглашайся с клеветником, не забавляйся его злоречием, но и не питай ненависти к тому, кто поносит ближнего своего. Вот что значит не осуждать, по Писанию «Не судите, да не судимы будете» (Мф. 7, 1). Не враждуй ни с кем и не питай вражды в сердце, не ненавидь и того, кто враждует с ближним. В этом и состоит мир. Утешай себя тем, что труд — кратковременен, а упокоение за него вечно, по благодати Бога Слова.

Святитель Димитрий Ростовский:

Кто свободен от греха? Кто ни в чем не повинен? Кто непричастен ко греху, хотя и прожил только один день? Ибо в беззакониях мы зачаты и во грехах рождают нас матери наши (Пс. 50, 7). Если не в том грехе, то в ином, если не в великом, то в малом, однако все согрешаем, все преступаем, все грешны, все немощны, все склонны ко всякому греху, все требуем милости Божией, все требуем человеколюбия Его: «Не оправдается пред Тобой ни один из живущих»,- говорит святой пророк Давид (Пс. 142, 2).

Потому не осуждай согрешающего, не восхищай суда Божия; не будь противником Христа в том, что он оставил Себе. Если и явно глазами своими видишь согрешающего, не поноси его, не совершай суда в гордости, чтобы и самому за это не пострадать, ибо судящий кого за что-либо сам за это непременно пострадает, но милостиво покрой согрешение его, человеколюбиво, если можешь, исправь преступление его, если же не можешь, то в молчании осуждай себя. Довольно тебе своих злых дел, чтобы смотреть на грехи другого.

Почему я уподобляю осуждающих и хулящих ближнего змеям или ехиднам? Не ярче ли обнаружу их змеиный нрав, если уподоблю их некоему огромному семиглавому змею, хвост которого увлек с неба третью часть звезд? (Апок. 12, 3-4). Как нет змея больше, чем змей семиглавый, так нет и греха сильнее, чем грех осуждения ближних. Ибо все грехи, подобно малым змеям, имеют только одну главу, то есть причиняют только личную погибель, грех же осуждения имеет не одну, а семь глав, семь причин гибели.

Первая глава змея: утаивать и даже не вспоминать добрых дел ближнего. Вторая: осуждать всякое доброе дело ближнего. Третья: не только не признавать никакой добродетели ближнего, но даже причислять его к непотребным. Четвертая: разглашать какое-либо тайное согрешение ближнего. Пятая: преувеличивать грехи ближнего пространными речами и порождать о нем злую молву в народе. Шестая: лгать о ближнем, изобретать и сочинять ложные слухи о нем и о его проступках, которых он не только не совершал, но даже и не имел в мыслях. Седьмая и последняя: позорить доброе имя и честь ближнего и всячески подвергать его мукам временным и вечным. Видите, как ужасен этот семиглавый змей, как велик этот грех осуждения ближнего! Семиглавый змей, виденный Богословом, был предзнаменованием антихриста. А осуждающий ближнего есть на самом деле антихрист, как говорит об этом святой Леонтий, епископ Неапольский, в Отечнике: «Судящий ближнего похищает сан Христов и есть антихрист» (Слово 9 о неосуждении).

Змей, виденный Богословом, своим хвостом увлек с неба третью часть звезд; грех же осуждения погубил, можно сказать, третью часть добродетельных, желавших просиять как звезды небесные. Много было таких, которые, осудив и похулив ближнего, погибли со всеми своими добрыми делами, этому много примеров в книгах. Я напомню только, что один великий старец, Иоанн Савваитский, говорит о себе в Отечнике.

— Рассказали мне,- говорит он, — об одном брате, имеющем плохую славу и не исправляющемся, и сказал я: «Ох!» И когда сказал я «ох», объял меня ужас и увидел я себя стоящим на Голгофе у Господа моего, распятого на Кресте. Я хотел поклониться Ему, но Он сказал предстоящим Ему Ангелам: «Уведите его отсюда, ибо он антихрист; он прежде Моего суда осудил брата своего». Когда я был изгнан оттуда, упала с меня моя мантия. Придя в себя, я понял свой грех и то, почему отнят был у меня покров Божий. Тогда направился я в пустыню, где пробыл семь лет, не вкушая хлеба, не входя под кров и не беседуя с человеком до тех пор, пока я снова не увидел Господа и Он повелел возвратить мне мантию.

Ужаснись всякий, услышав это. Если за одно только слово, за одно «ох», произнесенное с осуждением, такой великий угодник Божий пострадал так сильно — Господом был назван антихристом, был изгнан от лица Его, посрамлен и лишен покрова Божия, пока семилетним страданием не умилостивил Христа, что же будет с нами, когда мы каждый день и бесчисленными хульными словами осуждаем наших ближних?

Святитель Тихон Задонский:

…Следует вспомнить евангельского богача, который «в аде, будучи в муках, он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его и, возопив, сказал:

«отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, ибо я мучаюсь в пламени сем» (Лк. 16, 23-24). Видите: он весь в муках, весь горит в гееннском пламени, а отрады и прохлады просит только для одного горящего языка. Почему? А потому, что язык больше всего, больше — яд, умерщвляющий душу.

Берегись осудить ближнего, поскольку он пред своим Господом стоит или падает, поскольку и сам ты — грешник. И праведнику судить и осуждать никого не следует, тем более грешнику — грешника. И судить людей — дело одного Христа: Ему Небесный Отец передал Суд, и Он будет судить живых и мертвых — этому Суду и сам ты предстоишь. Берегись же похитить себе сан Христов — это весьма тяжко — и судить подобных тебе людей, чтобы с этим мерзким грехом не явиться на Суд Божий и не быть справедливо осужденным на вечную казнь.

Часто бывает, что многие кажутся грешниками, а на самом деле они праведники. Так и наоборот, многие кажутся праведными, а внутри — грешники и потому лицемеры. А по Писанию, «нечист пред Богом называющий неправедного праведным, и праведного неправедным». Часто ложный плохой слух разносится злобными или завистливыми и ненавистниками, и осуждаемый напрасно терпит… Часто бывает, что хотя кто и подлинно согрешил, но уже и покаялся, а кающемуся Бог прощает; и потому нам грешно осуждать того, кого Бог прощает, и разрешает, и оправдывает. Внемлите этому, злоречивые, и исправляйте свои пороки, за которые будете истязаны, а чужих не касайтесь, до них вам нет никакого дела.

Осуждение бывает от злобы: злобный, не имея чем отомстить ближнему, клеветой и злословием терзает славу его. Иногда оно бывает от зависти: завистливый, не терпя чести ближнего, бесчестием порочит и поносит его. Иногда бывает и от злой привычки, ярости, гнева и нетерпения. Всему этому корень — самолюбие и ненависть к ближнему.

Отечник:

Однажды авва Исаак Фиваидский пришел в общежитие. Увидев там брата, впавшего в грех, он прогневался на него и повелел изгнать его. Потом, когда Исаак возвращался в келлию свою, пришел Ангел Господень и, встав перед дверьми келлии, сказал: «Я не пущу тебя». Исаак начал просить Ангела, чтобы объявил ему вину его. Ангел отвечал: «Бог послал меня и сказал: пойди и спроси у Исаака: куда повелел он поместить согрешившего брата, которого он осудил?» Исаак немедленно принес покаяние: «Господи! я согрешил, прости меня». Ангел сказал ему: «Встань. Бог простил тебя. Но впредь не поступай так: не осуждай кого-либо прежде чем Господь осудит его». Люди предвосхищают суд Мой и не оставляют его Мне, говорит Господь.

К некоторому отшельнику приходил пресвитер из ближней церкви и преподавал ему Святые Тайны. Кто-то, придя к отшельнику, наговорил ему на пресвитера и, когда пресвитер, по обычаю, пришел, чтобы преподать Святые Тайны, отшельник не отворил ему дверей. Пресвитер ушел. И вот отшельник услышал голос: «Восхитили люди суд Мой». После этого отшельник пришел в исступление: он увидел как бы золотой колодец и золотой сосуд, и золотую вервь, и очень чистую воду. Увидел он и какого-то прокаженного, который черпал коду и наполнял ею сосуд. Отшельник хотел пить, но не мог потому что черпавший был прокаженный. И опять был к нему голос: «Почему ты не, пьешь этой воды? что тебе за дело до того, кто черпает ее? он только черпает и наливает в сосуд».- Отшельник, придя в себя и поняв смысл видения, призвал пресвитера и, как прежде, просил его преподать ему Святые Тайны (82, 500). В общежительном монастыре был монах, уже старый и самой благочестивой жизни Сокрушенный тяжким, невыносимым недугом, он провел долгое время в великих страданиях. Братия не могли придумать, чем ему помочь, потому что тех средств, которые требовались для его лечения, в монастыре не было. Об этом услышала некая раба Божия и начала просить отца киновии, чтобы позволил ей взять больного в ее келлию, находившуюся в городе, где легче было получить нужные лекарства. Отец приказал братиям отнести больного в келлию рабы Божией. С великим уважением она приняла старца и стала служить ему ради Господа. Прошло три года. Люди с дурными мыслями, судящие о других по себе, начали подозревать нечистоту в отношениях старца и служившей ему девы. Услышал об этом старец и стал молить Господа Иисуса Христа: «Ты, Господь Бог наш, один знающий все. Ты знаешь мою болезнь и милосердие рабы Твоей, воздай ей достойную награду в Вечной Жизни». Когда приблизился день его Кончины, сошлись к нему очень многие святые отцы и братия из монастыря, и он сказал им: «Прошу вас, владыки, отцы и братия, после моей кончины возьмите мой жезл и воткните его в могильный холмик. Если он пустит корни и даст плод, то знайте, что совесть моя чиста в отношении к рабе Божией, служившей мне». Человек Божий скончался. Отцы воткнули жезл на могиле его, и жезл ожил, пустил »листья, а в свое время принес и плод. Все удивились и прославили Бога. Чтобы посмотреть на это чудо, многие приходили даже из соседних стран и возвеличивали благодать Спасителя.

Одного брата ложно обвинили в прелюбодеянии. Он оставил общежитие и пришел в монастырь аввы Антония. За ним пошли братия общежития, желая утешить его и возвратить в общежитие; но, придя, начали обличать его, говоря: ты сделал то и то. Брат утверждал, что он ничего этого не делал. Когда они препирались, случилось тут быть авве Пафнутию. Он сказал спорящим: «Видел я на берегу моря человека, увязшего по колена в трясине. Другие пришли, чтобы ему помочь, и утопили его до плеч». Авва Антоний, выслушав притчу аввы Пафнутия, воскликнул: «Вот муж, который может исцелять и спасать души». Братия пришли в умиление, стали просить прощения у брата и вместе с ним вернулись в общежитие.

Брат сказал авве Пимену: «Если я вижу брата, о котором я слышал, что он пал, то неохотно принимаю его в келлию свою; а брата, имеющего доброе имя, принимаю с радостью». Старец отвечал ему: «Если ты делаешь добро брату доброму, то для падшего сделай вдвое, потому что он немощен. — В одном общежитии жил отшельник по имени Тимофей. Настоятель общежития, узнав, что один из братии подвергся искушению, спросил совета у Тимофея: что делать с падшим братом? Отшельник посоветовал выгнать его из обители. Когда выгнали брата, его брань (страстное возмущение, действовавшее в нем) перешла к Тимофею. Тимофей понял причину брани и начал с плачем взывать к Богу: «Согрешил я, прости мне!» И был к нему глас: «Тимофей! знай, что Я попустил тебе искушение именно за то, что ты презрел брата во время искушения его».