Лаврентий Черниговский

Святой Лаврентий Черниговский предсказал войну и мог предвидеть будущее

Святой Лаврентий Черниговский предсказал войну и мог предвидеть будущее

Его мирское имя — Лука Евсеевич Проскура. Но поскольку архимандрит, схимник большую часть своей жизни провел на Черниговщине, а при монашеском постриге был наречен Лаврентием, то в памяти народной он остался как Лаврентий Черниговский.

Из портных — в архимандриты

Ему довелось пережить и Первую мировую войну, и октябрьский переворот, и войну Гражданскую, и Великую Отечественную… Выдержать выпавшие на его долю лишения и гонения батюшке помогла великая вера. Да еще дар предвидеть грядущее.

Впрочем, сам себя предсказателем он не считал. Тем не менее отец Лаврентий предвидел, на чьей стороне будет победа в Первой и Второй мировых войнах.

Митрополиту Киевскому Владимиру он поведал, что тот будет «на киевской кафедре», предсказал распри в современной украинской церкви и даже дату собственной кончины.

Родился будущий архимандрит в 1868 году в небольшом селе Карыльское Черниговской губернии. Начальное образование получил в местной земской школе, где выделялся среди учеников прилежанием и такими способностями, что к 13 годам стал помощником учителя.

Чуть позднее у него прорезался отменный голос. А поскольку абсолютным слухом он отличался с раннего детства, то его пение в церковном хоре, им же руководимом, люди приезжали послушать издалека.

Впрочем, каких-либо денег эта деятельность ему не приносила, а семья после ранней смерти отца и при постоянно болевшей матери весьма нуждалась. Чтобы прокормить своих братьев и сестер (а всего в семье было семеро детей), Лука научился шить, и в 17 лет был уже известным в округе портным.

В это же время Луке предложили стать регентом хора в монастыре в двух десятках километров от его родного села. Он согласился и стал регулярно посещать монастырь, что ему при его хромоте, полученной при неудачном падении, было не так-то легко. Вскоре и монастырский хор прославился настолько, что епископ Черниговский Антоний, услышав его пение, тут же дал указание направить талантливого регента в Черниговский Троицкий архиерейский дом, где он должен был возглавить хор и стать послушником Свято-Троицкого мужского монастыря.

Подросшие к тому времени братья и сестры уже сами могли зарабатывать себе на жизнь, так что Лука с легким сердцем отправился в монастырь, где и провел, по существу, всю оставшуюся жизнь. В 1912 году, в возрасте 45 лет, он был пострижен в монахи под именем Лаврентий, а два года спустя стал иеродиаконом, затем иеромонахом, позже возведенным в сан архимандрита.

При отце Лаврентии в Троицкий монастырь наведывалось куда больше людей, чем раньше. К нему ехали за наставлениями как к духовнику. Есть сведения, что святой отец своими предсказаниями и советами не только спасал прихожан от бед, но даже от самой смерти. Так, однажды он долго беседовал с женщиной издалека, а потом предложил гостье разделить с ним трапезу за ужином. Та отвечала, что боится опоздать на поезд, но отец Лаврентий настойчиво посоветовал ей отложить отъезд на завтра. А наутро пришла весть, что тот поезд, на котором собиралась ехать паломница, потерпел крушение с многочисленными жертвами…

Похоже, предвидел отец Лаврентий, что и монастырь его вскоре закроют. Во всяком случае, с 1918 года он вместе с монахами и мирянами начал в Троицких горах копать пещеры, как бы уводя православие в подполье. Через год первые подземные храмы были освящены, в них начали проводиться богослужения. Однако в конце 20-х годов советская власть закрыла Троицкий монастырь (как подземную, так и наземную его части). Говорят, во многом на это повлиял тот факт, что Лаврентий стал в оппозицию к новому церковному руководству, пошедшему на компромисс с комиссарами.

На нелегальном положении

В итоге отец Лаврентий остался не у дел.

Он лишился даже крыши над головой. Впрочем, кров ему вскоре нашли добрые люди, а сам святой отец продолжал вести службы в маленьком Свято-Ильинском храме. Но и тут его не оставили в покое.

Вскоре в Черниговское ГПУ поступил донос: мол, Лаврентий Проскура по своим взглядам является крайним реакционером, активным деятелем так называемой ИПЦ — Истинно Православной Церкви, противопоставившей себя как новому церковному руководству, возглавляемому метрополитом Сергием, так и советской власти.

Какое-то время чекисты раскачивались, но в 1936 году арестовали практически все черниговское духовенство. Кого-то расстреляли, других сослали в лагеря, только отца Лаврентия… помиловали, как было сказано в протоколе, «в связи с его старческим возрастом (68 лет)». Был закрыт и Свято-Ильинский храм, а сам отец Лаврентий, если можно так выразиться, перешел на нелегальное положение. Теперь он служил и принимал людей только по ночам, часто меняя места своего пребывания. Затем одна из прихожанок предоставила свой двор для создания «катакомбного» храма, где мог бы проводить богослужения отец Лаврентий. Общими усилиями была вырыта пещера, в которую прихожане попадали из погреба, а сами богослужения по-прежнему проходили по ночам.

Годы оккупации Говорят, что перед Великой Отечественной войной отец Лаврентий предупредил своих прихожан: вскоре выпадет немало бедствий, а вся земля омоется кровью.

В 1941 году Чернигов был оккупирован и немецкое командование, стараясь завоевать расположение местных жителей, позволило открыть православные храмы, в том числе и полуразрушенную к тому времени Троицкую обитель. Отец Лаврентий собрал верующих, и они всем миром приступили к восстановлению храма. И сам Лаврентий активно участвовал в строительных работах. Так что спустя совсем недолгое время отец Лаврентий открыл в Свято-Троицком монастыре женскую обитель.

Прозорливые советы старца и в войну не раз спасали людям жизнь. Одна из монахинь вспоминала, что как-то стояли они большой группой возле бани. Отец Лаврентий, проходя мимо, вдруг закричал: «Убегайте — сейчас снаряд прилетит». И в самом деле через несколько секунд в баню угодил снаряд.

Очень своеобразны были отношения батюшки с оккупационными властями.

На монастырской земле еще до прихода немцев была посеяна рожь. Казалось бы, кто сеял, тот и урожай должен собрать. Однако при новой администрации всю землю поделили на участки и получившие наделы были вовсе не склонны делиться урожаем. Экономка пошла жаловаться на произвол властям, да ее и слушать никто не захотел — выгнали восвояси. Заплаканная экономка пошла к отцу Лаврентию.

Но не успела она и слово вымолвить, а он ей говорит: «Завтра сходи к тем же людям». Монахиня удивилась, но послушалась. И что же? На сей раз ей удалось решить проблему без особой натуги. А когда она пришла поблагодарить батюшку, тот сказал: «Не меня надо благодарить, а Всевышнего. Это он меня надоумил».

Однажды пришла к отцу Лаврентию женщина за разрешением отпеть свою сестру, жившую в соседнем селе. Село спалили, многие жители погибли в огне. А священник и говорит: «Не торопись хоронить, жива твоя сестра»… И в самом деле та вскоре объявилась, жива и здорова, — успела спрятаться до прихода карателей.

Осень 1943 года принесла не только освобождение от фашистов, но и новые гонения на церковь. Зимой 1943 года была учинена расправа над сподвижником отца Лаврентия — отцом Алипием: ему бросили под ноги гранату. И отцу Лаврентию чудом удавалось избежать смерти — его укрывали прихожане, а сам он заранее знал, к кому гонители придут с обыском.

Предсказывал он и судьбы других людей. Когда одной селянке пришло извещение о смерти сына на фронте, отец Лаврентий сказал, что пока плакать не стоит. «Если придет второе извещение, тогда уж и будем его отпевать». И в самом деле вскоре ей принесли письмо от сына, сообщавшего, что после тяжелого ранения он долго лечился в госпитале, а теперь его опять отправляют на фронт, и он не знает, останется ли жив. А через несколько месяцев пришла вторая похоронка.

Другая женщина, которая всю войну не получала известий от мужа, после победы пришла к священнику спросить, жив ли ее суженый? Может, в плену? Отец Лаврентий покачал головой: «Ставь свечку за упокой его души и молись». А через год ей вручили и официальное извещение о его смерти.

После войны отец Лаврентий стал говорить людям: скоро наступят «последние времена», когда к власти придет антихрист. «Духовенство увлечется мирским суетным богатством. Они заимеют машины и дачи, будут посещать курорты, — пророчествовал старец. — Храмы будут все в позолоте, да вот веры истинной в них будет все меньше».

Угадал он и то, что со временем для всякого россиянина будет свободный въезд в Иерусалим. «Только сделано это будет, чтобы прельстить человека».

Разве это не намек на нынешний туристический бум и безвизовый въезд в Израиль? Тем временем силы уже покидали его.

Как-то летним днем сказал, что ему осталось жить полгода — и этот прогноз подтвердился. В конце 1949 года он окончательно слег и умер в канун Крещения в начале 1950 года.

Перед кончиной отец Лаврентий не раз говорил, что хочет быть похороненным на обычном кладбище, рядом с простыми прихожанами, чтобы во время Страшного суда «встречать Судию со всеми вместе».

Однако похоронили его все-таки при большом стечении народа в усыпальнице родного Свято-Троицкого монастыря.

А в 1993 году вспомнила о нем и официальная церковная власть: Лаврентий Черниговский был причислен к лику святых. Поклониться его мощам теперь может каждый, кто посещает Троицкий собор в Чернигове.